Драгоценности:Больше всего Баланчин терпеть не мог рассказывать, о чем его балеты. Себя и своих коллег он называл «молчаливым меньшинством», которое танцует, а на вопросы балерин, что значит тот или иной жест, отвечал: «Не думай, зачем ты это делаешь. Просто исполняй движения». Для русских танцовщиков, воспитанных на осмысленности спектакля, смириться с такой постановкой вопроса почти немыслимо. Пересказать сюжет «Драгоценностей» невозможно. Баланчин, поклонник всего утонченного и изысканного, знал толк в камнях. Как вспоминал он сам, идея спектакля пришла к нему после посещения ювелирного салона знаменитого Клода Арпельса. И свой балет он создал во славу «Изумрудов» (первая часть спектакля на музыку Габриэля Форе), «Рубинов» (вторая часть на музыку Игоря Стравинского) и «Бриллиантов» (третья часть, музыка Петра Чайковского).
Этот спектакль будто специально поставлен для зрителя, никогда не видевшего балет, но непременно желающего в него влюбиться. Многофигурные женские ансамбли и парадные смешанные шествия, виртуозные номера для корифеев (так называются на профессиональном балетном языке исполнители небольших партий) и замысловатые вариации для солистов, вдохновенные дуэты-портреты для прима-балерин и первых танцовщиков, костюмы Карински (еще одной русской эмигрантки, Варвары Каринской, почти полвека одевавшей балерин Баланчина), зеленые в первой части, красные во второй и белоснежные в третьей, украшенные настоящими камнями, по пышности «Драгоценности», кажется, не уступают балетам при дворе «короля-солнце» . |